Большая жизнь маленького Ванечки

Детство больше всей остальной жизни. Детство — главное время нашей жизни. Оно навсегда. Его царапины, обиды, переживания со временем забываются, и остается одно — всесветное сияние счастья быть на Божьей земле. «Дети, дети, куда вас дети?» — так весело и ласково говорила нам мама. Такое у нее было присловье. И во мне навсегда те теплые зимние вечера, когда мы залезали на печь и на полати, а мама читала нам книги. Когда я стал взрослым и вспоминал, как мы замирали, слушая ее, мама сказала, что очень жалела наши глаза: свет был плохой — коптилка или керосиновая лампа, и вот, чтобы сохранить наше зрение, она читала вслух. Но мама сохранила не только наше зрение, она сохранила и наши сердца. Ведь она читала книги удивительные: русские народные сказки и былины, Пушкина, Тютчева, Кольцова, Сурикова, Некрасова, Жуковского. Всю жизнь я помню свою первую книгу «Родные поэты». Вначале я ее услышал. Потом прочел сам. И всегда мне хочется, чтобы в наших семьях были такие минуты, а может, и часы,... _x000D_ Детство больше всей остальной жизни. Детство — главное время нашей жизни. Оно навсегда. Его царапины, обиды, переживания со временем забываются, и остается одно — всесветное сияние счастья быть на Божьей земле. «Дети, дети, куда вас дети?» — так весело и ласково говорила нам мама. Такое у нее было присловье. И во мне навсегда те теплые зимние вечера, когда мы залезали на печь и на полати, а мама читала нам книги. Когда я стал взрослым и вспоминал, как мы замирали, слушая ее, мама сказала, что очень жалела наши глаза: свет был плохой — коптилка или керосиновая лампа, и вот, чтобы сохранить наше зрение, она читала вслух. Но мама сохранила не только наше зрение, она сохранила и наши сердца. Ведь она читала книги удивительные: русские народные сказки и былины, Пушкина, Тютчева, Кольцова, Сурикова, Некрасова, Жуковского. Всю жизнь я помню свою первую книгу «Родные поэты». Вначале я ее услышал. Потом прочел сам. И всегда мне хочется, чтобы в наших семьях были такие минуты, а может, и часы, чтения, когда взрослые читают, а деточки слушают. В этом — редчайшее единение душ и сердец._x000D_ Допущено к распространению Издательским Советом Русской Православной Церкви._x000D_ Для младшего школьного возраста